Лафонтен Жан де (08.07.1621, Шато-Тьерри – 13.04.1695, Париж), знаменитый французский писатель и поэт XXVII века, с 1684 года член Французской академии.

Он родился и воспитывался в буржуазной семье, его отец занимал должность смот­ри­те­ля вод и ле­сов Ша­то-Тьер­ри и управлял королевской охотой, его мать — Франсуаза Пиду, дочь Жана Пиду, лорда Мадуре. Еще в колледже родного города он изучил латынь. В 1641 году по­сту­пил в Сен-Маг­лу­ар­скую семинарию ораторианцев в Па­ри­же, но не доучился, в 1645-1647 годах изу­чал пра­во в Па­ри­же, в 1649 году получил диплом юриста и выкупил пост отца в Шато-Тьерри. 

Дом Жана де Лафонтена в Шато-Тьерри

Но его больше занимало литературное твор­че­ст­во.

Пи­сать сти­хи он  на­чал в 1643 году,  позд­нее ув­лёк­ся ан­тич­ны­ми ав­то­ра­ми: рим­ски­ми, латинскими, под­дер­жи­вал зна­ком­ст­во с А. Фю­реть­е­ром, Ж. Ша­п­ле­ном, В. Кон­ра­ром и др. Первое его произведение – перевод ко­ме­дии «Ев­нух» (1654 год) Те­рен­ция. Пе­ре­ехав в Па­риж в 1657 году,  он по про­тек­ции род­ст­вен­ни­ка же­ны по­пал в чис­ло ли­те­ра­то­ров, поль­зо­вав­ших­ся по­кро­ви­тель­ст­вом Н. Фу­ке; в 1658 году пре­под­нёс ему по­эму «Адо­нис» в духе древнеримского поэта Овидия. В ал­ле­го­ричной по­эме «Сон в Во» (1658-1661 годы) опи­сал ар­хи­тек­тур­но-пар­ко­вый ан­самбль зам­ка Фу­ке в Во-ле-Ви­конт. Эта ода осталась незавершенной из-за ареста министра в 1661 году. В эле­гии «К ним­фам Во» и «Оде Ко­ро­лю…» (1662-1663 годы) про­сил Лю­до­ви­ка XIV о снис­хо­ж­де­нии к сво­ему опаль­но­му по­кро­ви­те­лю, чем вызвал гнев его и главы правительства Жан-Батиста Кольбера. В 1663 году со­про­во­ж­дал вы­слан­но­го из Па­ри­жа в провинцию Ли­му­зен Ж. Жан­на­ра, дру­га Фу­ке; литературный от­чёт об этой по­езд­ке под названием «Опи­са­ние од­но­го пу­те­ше­ст­вия из Па­ри­жа в Ли­му­зен» (1663 год) на­пи­сан в фор­ме пи­сем же­не, где про­за че­ре­ду­ет­ся со сти­ха­ми.

Главные произведения Лафонтена:

«Сказки» в 5 книгах (1665 – 1685 годы) – фривольные, но прекрасно рассказанные, доставлявшие величйшее наслаждение галантному обществу его времени. Сюжеты этих произведений заимствованы из народного эпоса, а так­же из про­из­ве­де­ний Дж. Бок­кач­чо, Л. Арио­сто, Н. Ма­киа­вел­ли, Ф. Раб­леМар­га­ри­ты На­варр­ской и др., но искренность и наивность рассказа, здоровая мораль и совершенство стиха делают их непревзойденными образцами;  

«Басни» в 12 книгах, получившие все­мир­ную из­вест­ность, написанные вольными стихами (1668 – 1695 годы) на сю­же­ты Эзо­па, Фед­ра, К. Ма­ро, М. Ре­нье и др., индийских сказаний, арабских сказок и старинной литературы Франции. Они пронизаны тонким юмором и написаны доступным и понятным языком.

Кроме того, Лафонтен написал 11 театральных пьес и значительное число мелких стихотворений, многие из которых утрачены.

Наша библиотека может предложить читателям известные произведения автора:

La Fontaine, Jean. Любовь Психеи и Купидона / Jean de La Fontaine ; пер. и ст. А. А. Смирнова и Н. Я. Руковой ; прим. Н. Я. Руковой. – Москва : Ленинград : Наука, 1964. – 138 с.

«Любовь Психеи и Купидона» (1669 год) – оригинальная творческая переработка известной сказки Апулея об Амуре и Психее из его романа «Метаморфозы» «Золотой осел». Посвящена она герцогине Бульонской, жене одного из покровителей автора.

Апулей вплетает в «Метаморфозы» чудесную сказку об Амуре и Психее.

Лафонтен обрамляет эту историю встречей четырех друзей:  его «История Психеи и Купидона» — произведение, написанное одним литератором и прочитанное трем другим во время прогулки по Версальскому парку; эти трое — Расин (Акант), Буало (Арист), Шапель (Геласт), а четвертый — автор повести, сам Лафонтен (Полифил). Эти приятели, сведшие знакомство на Парнасе, образовали своего рода кружок, который можно было бы назвать Академией. История Психеи представлялись им весьма подходящим сюжетом для приятного рассказа.  Акант, по своему обыкновению, предложил совершить загородную прогулку в местах, где бывает мало гуляющих; там, по крайней мере, их не будут прерывать, и они прослушают всю историю без помех и с большим удовольствием. Предложение Аканта было принято. Арист заметил, что Версаль обогатился новыми красотами, которые следует посмотреть. Приехав в Версаль рано утром, наши четыре приятеля пожелали прежде всего заглянуть в зверинец, затем осмотреть красоты дворца… Из дворца они проследовали в сады и оставились в гроте, пока не спадет жара. Надо сказать, что  Людовик XIV, недовольный легкостью морали Лафонтена или его привязанностью к низложенному министру Фуке,  все время относился к поэту немилостиво и даже хотел воспрепятствовать его избранию в академию, хотя и здесь автор посвящает ему возвышенные строки:

«…Так и Людовик наш приходит в этот грот,
Чтоб сбросить хоть на миг тяжелый груз забот.
Когда б мой слабый дар был этого достоин,
Король предстал бы здесь как победитель-воин:
Чужие племена у ног его лежат;
Он мечет молнии — враги его дрожат.
Но пусть в других стихах, у музы величавой
Людовик, бог войны, гремит победной славой,
Пусть ею весь Парнас священный потрясен —
Мной будет он воспет, как светлый Аполлон.»

В уголке, надежно защищенном от воды, они прослушивают всю историю, прерываемую иногда размышлениями о  сущности и назначении трагедии и комедии: «Трагедия, если хотите, покоряет нас; комедия же волнует нас и уводит души в Елисейские Поля, тогда как вы уводите их в обиталище несчастных», о проблемах эстетики и поэтики французского классицизма.

В этой сказке изображен бог Амур, влюбившийся в смертную девушку, необычайную красавицу – царевну Психею. По приказанию бога Аполлона девушку отводят на вершину горы и оставляют одну. Зефир своим мягким веянием унес ее с обрыва в чудесную долину, во дворец Амура, который и стал ее мужем, но никогда не являлся к ней днем, а только ночью. Он взял слово с Психеи, что она не станет стремиться узнать, кто он такой. Но Психея нарушила свое слово и за это была наказана. Ей пришлось пережить много горя, мучений, прежде чем она выстрадала себе прощение и стала бессмертной богиней, признанной всеми богами супругой Амура.

 Сам автор говорит нам: «…. Здесь я почти все почерпнул у Апулея; говоря «все», я имею в виду главные и самые лучшие выдумки. Мне принадлежат лишь некоторые эпизоды: случай в гроте, история старика и двух пастушек, рассказ о храме Венеры и его создании, описание ада и всего, что случилось с Психеей по дороге туда и после ее возвращения. Тон рассказа тоже мой, равно как все подробности и речи персонажей. Словом, у моего источника я заимствовал лишь сюжет и ход рассказа, но это самое важное, остроумное и лучшее, что есть в повествовании, в котором я, кроме того, изменил целый ряд мест, обращаясь с сюжетом, по своему обыкновению, свободно…

…Я терялся, не зная, какой характер придать моему повествованию. Исторический? Это было бы слишком уж просто. Романический? Но он недостаточно изыскан. Поэтический? Он чрезмерно цветист. Мои персонажи требуют некоторой галантности, но их приключения, во многих случаях сопряженные с чудесами, предполагают тон героический и приподнятый. Применять же в одном месте одно, а в другом — другое недопустимо: единообразие стиля — строжайшее и обязательное для всех правило. Я нуждался поэтому в совершенно новом стиле, который был бы смешением всех вышеназванных. Мне требовалось свести их в одно естественное целое. Этот стиль я искал с величайшим тщанием, а нашел я его или нет, пусть скажут читатели…».

По-гречески «психея» означает и «душу», и «бабочку». Несомненно, что уже во времена Апулея сказку стали толковать аллегорически – это повесть о страданиях и скитаниях Души (Psyche), ищущей Божества Любви, сходящей в обитель смерти, засыпающей (умирающей) от зелья, принесенного из этой обители, соединяющейся с Божествам Любви на небесах, обретающей бессмертие и рождающей от своего супруга Наслаждение.

Эта древняя сказка написана Лафонтеном в духе и стиле литературы французского классицизма XVII века. Сказочная фантастика окружена шутливой иронией автора. Она продолжает традиции французского Ренессанса и во многом предваряет философское свободомыслие Вольтера и «просветителей» XVIII века. Легкое и изящное повествование, в котором проза перемежается со стихами, отличается высокой поэтичностью, вызывавшей восхищение Пушкина и его современников и сохранившей свое обаяние и для нашего времени. Читать онлайн:

 «Амур и Психея» по сюжету перекликаются с русской сказкой «Аленький цветочек», французской— «Красавица и чудовище», норвежской — «На восток от Солнца, на запад от Луны», легендой о Лоэнгрине и другими. Но у Лафонтена это не просто сказка, а литературное произведение со своим индивидуальным стилем. Он украшает и обогащает всевозможными фантастическими деталями «трудные задания», которые выполняет Психея, и ту волшебную помощь, которую она получает от животных и неодушевленных предметов. Феерическое описание чудесной страны, куда попала Психея, чередуется со столь же феерическим описанием вполне реального Версаля, который осматривают четверо друзей.

La Fontaine, Jean . Басни / Jean de La Fontaine; пер.: С. К. Круковская. – Москва : Эксмо-пресс, 1999. – 496 с.

Три имени приходят на ум при упоминании слова «Басня». Во — первых, конечно же, великий Эзоп, создатель этого замечательного жанра. Спустя более чем две тысячи лет свое имя обессмертил другой баснописец — француз Жан де Лафонтен. Его басни, отличающиеся изящным юмором и раскованной откровенностью, послужили источником вдохновения для нашего соотечественника Ивана Крылова. Уникальность этого издания в том, что эта первая с начала века публикация полного собрания басен автора. Кроме того, в эту книгу вошли шедевры двух гениальных баснописцев — Эзопа и Крылова, что позволяет по — новому оценить изысканного и остроумного Лафонтена. Издание оформлено гравюрами иллюстратора Лафонтена — великого французского художника Жана Батиста Удри, а также гравюрами Гюстава Доре. Вдохновленный баснописцами античности, в частности баснями Эзопа, Лафонтен придумал человекоподобных животных. Каждая басня представляет собой наглядную историю, которая всегда заканчивается моралью. Например, «У сильного всегда бессильный виноват» («Волк и ягненок»), «Не плюй в колодец, пригодится воды напиться» («Лев и мышь»), «Тише едешь, дальше будешь» («Заяц и черепаха»,… Лафонтен описывал поучительное воздействие своих басен так: «Я использую животных, чтобы учить людей, используя все возможности языка, все ситуации…». Басни имели огромный успех сразу после публикации и стали классикой французской литературы. Многие художники, вдохновленные этими баснями, в том числе Гюстав Доре, Домье и Шагал, создали иллюстрации к ним. Читать онлайн:

Кириллова С.