Всем читающим людям, к которым относитесь, разумеется и вы, предлагаю в начале весны познакомиться с  книгами в названии которых есть месяц март. Это и «Мартовские коты» Марты Кетро и «Фиалки в марте» Сары Джио, «Мартовские иды» Торнтона Уайлдера и «Бенефис мартовской кошки» Дарьи Донцовой, а также  «Мартовские колокола» Бориса Батыршина, «Тридцать третье марта, или Провинциальные записки» Михаила Бару, «33 марта» Виталия Мелентьева и  книга для детей «Март, последняя лыжня» Анатолия Соболева.

Фиалки в марте. Сара Джио
В жизни Эмили Уилсон, некогда самой удачливой девушки Нью-Йорка, наступает темная полоса. Творческий кризис, прохладные отношения с родными, а затем и измена мужа вынуждают Эмили уехать из мегаполиса и отправиться на остров Бейнбридж к своей двоюродной бабушке Би, в дом, рядом с которым растут дикие фиалки, а океан пенится прямо у крыльца. На острове Эмили знакомится с харизматичным Джеком, который рассказывает ей забавную историю о том, как ему не разрешали в детстве подходить слишком близко к ее дому. Но, кажется, Би не слишком довольна их знакомством… Эмили не получает от нее никаких объяснений, но вскоре находит датированный 1943 годом дневник некой Эстер Джонсон, чьи записи проливают свет на странное поведение местных жителей и меняют взгляд Эмили на остров, который она обожала с самого детства.

Мартовские коты. Марта Кетро
Что думают о нас, людях, кошки, которые живут рядом? Кот Турецкий, герой одного рассказа, занят очень важным делом. Он сочиняет мир. Да-да, наш с вами мир. «Ну, вот так вот сижу, и все идет, и происходит. Я это не просто сидел — я же придумывал… И тебе чтобы хорошо, тоже придумывал». Этот — придуманный мир — очень похож на тот, в котором мы живем, но чуточку теплее и светлее, а радости в нем больше, чем печали. Смешные и грустные истории — о котах, кошках, собаках (и даже одном упрямом хомяке), которым отдали свои сердца авторы рассказов.

Бенефис мартовской кошки. Дарья Донцова
Даше Васильевой катастрофически везет на трупы!.. Только она согласилась пойти на концерт классической музыки с импозантным мужчиной Стасом Комоловым — и вот он уже труп. В антракте Даша бегала для него за водой и каплями, думала, ему от духоты плохо, а он возьми да помри. А на следующий день к ней домой заявились менты. Они явно подозревают Дашу в убийстве. Что же делать? Конечно, бежать! И вот она уже на Курском вокзале с саквояжем в одной руке и мопсом Хучем — в другой. За спиной у любительницы частного сыска не одно раскрытое преступление, а потому она и на этот раз не вешает нос, а решительно берется за дело…

Мартовские иды. Торнтон Уайлдер
Роман о Судьбе. Роман о Роке. Роман о Страсти. Можно, подобно Катуллу, любить женщину или, подобно этой женщине, свободу. Можно, подобно Цезарю, любить абстрактную идею всеобщего благоденствия. Или — как его старинный друг, философию. Или — как его юная жена, просто дорогие и красивые наряды и мужское восхищение. Можно любить власть. Или собственную скандальную славу. Неизменно одно — страсть становится одержимостью. А одержимость всегда — оружие Рока.

Мартовские колокола. Борис Батыршин
Занимательная прогулка в прошлое закончилась, и теперь героям предстоит вступить в жестокую схватку. На кону — судьба страны и десятки жизней; надеяться остается только на себя и своих друзей. И даже риск навсегда остаться в прошлом и разделить судьбу его обитателей — это, как выяснилось, не самое страшное. Враг не дремлет: бомбисты-народовольцы, нашедшие общий язык с политическими радикалами из будущего,— вот взрывоопасный коктейль, который способен вывернуть наизнанку всю историю Российской империи.

Тридцать третье марта, или Провинциальные записки. Михаил Бару
«Тридцать третье марта, или Провинциальные записки» — «книга выходного дня. Ещё праздничного и отпускного… …я садился в машину, автобус, поезд или самолет и ехал в какой-нибудь маленький или не очень, или очень большой, но непременно провинциальный город. В глубинку, другими словами. Глубинку не в том смысле, что это глухомань какая-то, нет, а в том, что глубина, без которой не бывает ни реки настоящей, ни моря, ни даже океана. Я пишу о провинции, которая у меня в голове и которую я люблю».

33 марта. Виталий Мелентьев
Первая повесть известного писателя-фантаста Виталия Мелентьева. Она расскажет об удивительных событиях в жизни Васи Голубева, который отправился на поиски зуба мамонта, а вместо этого нашел самого настоящего живого мамонта и даже смог его приручить!

Март, последняя лыжня. Анатолий Соболев

Цикл рассказов о деревенском мальчике, который с годами все больше познает мир, красоту и неповторимость родного сибирского края. Автор показывает, как мужает и зреет характер мальчика, расширяются его интересы, как приобщается он к искусству. В книгу входят и другие рассказы.

Тамара Дунаева